Плакальщицы на похоронах были не актрисами ради дешёвой драмы, а частью обряда.

Во многих культурах смерть не считалась личным делом семьи: горе нужно было показать вслух, на улице, перед соседями, богами и предками. Лишь в том случае, если дом молчал, это выглядело подозрительно. Значит, умершего мало любили, род слабый, память о человеке быстро исчезнет.

Таких женщин нанимали в древнем Египте, Греции, Риме, на ближнем Востоке, в Ирландии, на Балканах, в деревнях Кавказа. Они знали, как вести погребальную сцену: громко причитали, называли имя покойного, вспоминали его добрые дела, задавали ритм плачу. Иногда били себя в грудь, рвали одежду, распускали волосы, падали на землю. Это был язык скорби, понятный всем вокруг.

У профессии была и социальная сторона. Богатая семья могла нанять больше плакальщиц, устроить длинное шествие, показать вес рода. Бедные обходились одной - двумя женщинами или плакали сами. Церковь и власти в разные эпохи пытались сдерживать такие обряды: слишком шумно, слишком язычески, слишком много тела и крика. Но обычай жил долго, потому что выполнял важную работу. Плакальщицы помогали людям начать горевать, когда собственный голос от шока ещё не слушался.